Съёмки с «Атлантиса»

Опубликовал admin в июля 24, 2012 в рубрике Океан

Летом 1973 г. «Атлантис II» вновь пришел в этот район, чтобы закончить съемки зоны разломов В и прилегающего к ней с юга отрезка рифтовой долины. Данные этих съемок должны были помочь нам принять окончательное решение о выборе места погружения и повысить изученность района, что в свою очередь должно было способствовать проведению детальных операций по погружению с учетом общей перспективы. Система акустической навигации была усовершенствована на основе опыта, приобретенного в предыдущие годы. Мы старались также наиболее детально изучить характеристики теплового потока в срединной долине и по соседству с ней, а также пытались проверить и рассчитать местонахождение толчков землетрясений в срединной долине и в зонах разломов. Была разработана новая программа навигационного обеспечения с использованием сети из трех приемопередатчиков, что не только расширяло радиус действия системы, но и устраняло неопределенность данных базисной линии. Располагая при помощи этой системы судно над известными пачками осадков в срединной долине, мы имели возможность вводить в осадок чувствительные датчики-термопары.


Затем, измеряя разность температур между двумя (или более) точками датчика, введенного в осадок, и зная теплопроводность этого осадка, мы могли рассчитать величину теплового потока. Такие измерения были выполнены на протяжении нескольких километров вдоль оси долины и по сторонам активного трансформного отрезка зоны разломов. В результате исследований было установлено, что на дне срединной долины величины теплового потока варьируют от средних до низких значений, а на склонах долины и в зоне разломов эти величины превышают средний уровень. В зоне разломов наблюдались величины, превышающие нормальные в 10-12 раз. Эти результаты наряду с данными о прожилковании и цементации пород в драговых пробах, по-видимому, свидетельствовали о выходе на поверхность гидротермальных растворов в зоне разломов и поблизости от нее. При съемке землетрясений использовался также модифицированный вариант программы акустического слежения, при котором одновременно фиксировалось положение всех трех акустических буев. Каждый буй представляет собой небольшой поплавок с закрепленным на нем радиопередатчиком и с подвешенным к нему гидрофоном. Три таких поплавка размещались в виде треугольника; их непрерывно прослеживали до тех пор, пока дрейф не выносил их за пределы системы. Сейсмические толчки, каптированные гидрофонами, передавались по радио на судно и записывались на магнитной ленте; эти сигналы также усиливались и передавались громкоговорителями в реальное время в лаборатории. Поскольку положение всех этих трех акустических буев было известно, то разницу во времени прихода сейсмической волны к каждому из трех гидрофонов можно было использовать для установления посредством триангуляции местонахождения и приблизительной глубины толчка точно так же, как это делается по данным системы из трех или более сейсмических станций, расположенных на суше.
Самое интересное событие во время проведения станции произошло тихой звездной ночью. Мы опустили в воду систему акустических буев, и «Атлантис II» медленно продвигался в направлении участка крутой западной стенки срединной долины; в это время нами была спущена одна из наших новых драг типа «Большая Берта». Мы рассчитывали провести ее по поверхности стенки. Хотя мы уже предполагали, что эта форма является настоящей стеной, нам было известно, что благодаря большой длине пути эхолотного сигнала имеется тенденция к преувеличению крутизны подобных форм; поэтому мы решили, что в этом месте стенка представляет собой не что иное, как крутой склон с наклоном, вероятно, от 30 до 40°. Когда драга коснулась дна, мы начали принимать через громкоговорители акустических буев звенящие, хлопающие звуки. Когда мы ослабили натяжение троса, помехи прекратились; как только мы стали выбирать трос, они возобновились. Выжидая, мы наблюдали за показаниями измерителя натяжения, установленного на тросе драги, по мере приближения к западной стенке. Эхолот показывал, что поверхность дна быстро повышалась, как вдруг она совсем исчезла. Мы изменили установки шкал и применили дублирующий эхолот с частотой 12 килогерц. Отражения по-прежнему не было. Дно было настолько крутым, что не могло отразить наш сигнал! Одновременно с этим трезвон акустических буев сменился зловещей тишиной. Натяжение троса возросло до 4000, 5000, затем до 7000 килограммов, что превышало нормальную величину его натяжения более чем вдвое. Остановив судовую машину, мы медленно дрейфовали назад, осторожно выбирая трос, стараясь, чтобы натяжение его не превышало 9000-10000 килограммов, иначе трос мог оборваться. Наконец мы оказались непосредственно над драгой, и на экране эхолота снова появилось дно. Теперь не оставалось ничего другого, как медленно выбирать трос и ждать, что произойдет. Внезапно из громкоговорителей донесся сильный шум, судно вздрогнуло и повторило этот звук, показания счетчика натяжения троса резко подскочили, а затем снова опустились до нормального натяжения в 2200-2700 килограммов. Мы стали осторожно выбирать трос, интересуясь, когда появится оборванный конец. Из громкоговорителей продолжали раздаваться резкие звуки и их отзвуки, хотя драга, если она еще оставалась на тросе, должна была уже наверняка оторваться от дна.
В конце концов, драга появилась над кормой судна с огромным куском подушечной лавы в форме полушария, рассеченным свежими трещинами, заклиненным в захватах, и с несколькими крупными обломками, попавшими в мешок драги. Это был самый крупный монолитный фрагмент, полученный за все время осуществления проекта. Он весил около 180 килограммов, и для удобства пришлось разбить его на три части. В оставшуюся часть ночи акустические буи продолжали регистрировать почти непрерывные слабые удары и вибрацию. Мы предположили, что зацепившаяся драга, срываясь, вызвала серию обвалов на поверхности, которая, по-видимому, была очень крутым обрывом. Это предположение подтвердилось на следующий год, когда ученые, находившиеся в погружаемом аппарате, обнаружили нагромождение крупных глыб, оторвавшихся от склона и расположенных у подножия западной стенки. Они наблюдали также небольшие скопления свободных обломков пород на террасах западной стенки, которая оказалась внушительным обрывом с уклоном около 80°.

Оставить комментарий